Цели могут быть разные — маленькие, большие, промежуточные и цели, к которым идешь всю жизнь... Главное в достижении цели — не сдаваться и верить в себя. Мы решили, что рассказ Венеры, которая воспитывает в Йошкар-Оле дочку Дину, поможет вам вдохновиться на любые свершения. Ведь эта женщина сумела добиться почти невероятного: Дина с диагнозом «болезнь Дауна» успешно окончила школу и уже работает в косметической фирме. Зовут меня Венера, я живу в городе Йошкар-Ола в Республике Марий-Эл с мужем Виктором и дочкой Диной. Восемнадцать лет назад я родила свою дочку Дину. Роды были тяжелые, в процессе родов я потеряла зрение - ослепла на один глаз. А дочка... Она родилась со страшным диагнозом - «болезнь Дауна». Но сейчас, через столько лет, я с уверенностью и большой гордостью могу сказать: моя победа - это моя дочка Дина! В этом году моя Динулька окончила школу, сдала экзамены на одни четверки и пятерки. После выпускного бала мы сразу отдали документы в техникум, куда мою девочку взяли учиться по специальности «мастер по плетению вологодских кружев». И вот моя любимая дочурка уже второй месяц учится в техникуме, с огромным удовольствием посещает занятия. А ведь в роддоме мне сказали: если нет уверенности в себе, нет сил - оставьте девочку, будет жить в интернате... Страшно даже вспоминать, как мне тогда было тяжело.

Иоланта Бригере живет в Кандаве, одном из самых живописных маленьких городков Латвии. У нее любимый и любящий муж, сын, много хлопот - как у любой провинциальной домохозяйки. Типичная горожанка, она никогда и не помышляла о том, что переберется из Юрмалы в глубинку. Но ей здесь нравится и совсем не скучно. Приходится изрядно работать на земле: у нее картофельное поле, земляничные грядки, палисадник с цветами - так это не в тягость. На свежем воздухе, одна, можно спокойно думать о своем... Ей правда нравится полоть! А когда сезонные заботы отступают, Иоланта берет в руки фотокамеру и начинает творить свой удивительно нежный и чистый мир, в котором у каждого, самого простого предмета - своя особая ценность и значимость. Это тот мир, который видит ее душа. Для этого мира она подобрала себе новое имя - Модестия. Она его позаимствовала в каком-то гангстерском фильме, и оно ей кажется очень красивым, притягательным. К тому же в переводе с английского modesty означает «скромность, простота, стеснительность, сдержанность», и все эти понятия, считает Иоланта, точно характеризуют ее саму. Она выбрала для встречи скромное кафе в Кандаве, где выставлена серия ее фотографий. Иоланта скупа на слова, очень неохотно говорит о себе. После школы поступила в училище на модельера - закройщика. Но через полтора года по семейным обстоятельствам техникум пришлось бросить и пойти работать - сначала рекламным консультантом, потом продавцом и заведующей в магазине товаров для хоккея.

Говорят, женщина не должна бороться за свою любовь. Я тоже когда-то так считала, пока не полюбила всерьез. Говорят, время лечит. Неправда, ничего оно не лечит. Говорят, страдание очищает душу. И это неправда: душу очищает любовь, а не страдание. Раньше я была категоричной, нетерпимой, могла бросить человека за неудачно сказанное слово, за нечаянный поступок. А теперь научилась прощать и понимать. В 38 лет я чувствовала себя абсолютно свободной, была, безусловно, привлекательной, пользовалась успехом у мужчин и не морочила себе голову «большой любовью». Я о ней вовсе не думала, а она ко мне пришла. Все знают про любовь с первого взгляда. А моя любовь началась с первого прикосновения. Моя приятельница О., с которой мы несколько лет жили в одном доме, гордо сообщила мне, что друг купил ей новую двухкомнатную квартиру, и пригласила меня на новоселье. Она тогда встречалась с чемпионом Латвии и Европы по шоссейно-кольцевым автогонкам Гунтарсом Юдейксом. На первый взгляд он меня совершенно не впечатлил - некрасивый, со смешным зачесом на лысину. На второй - показался очень обаятельным. После застолья мы с ним присели на диван, о чем-то заговорили. Он протянул руку вдоль спинки дивана и -классический мужской прием - словно невзначай коснулся моего плеча. И меня как будто током ударило: есть контакт, химия тел заработала. Я вдруг заметила, какая у него красивая шея, какие голубые и ясные глаза. Заметила, как он смотрит на меня.

Миссис Тремейн открывает дверь своего дома в Фицровии и видит стоящего на его пороге одетого по всей форме джентльмена: глаза его мутны, облик свидетельствует о том, что он близок к отчаянию. Само по себе это не такая уж и редкость, хотя одиннадцать утра - час для клиента не вполне обычный. В это время дня большая часть мужчин, коих одолевает вдруг страстная потребность в шлюхе, находит таковую на улице и совершает свое дело в каком-нибудь закоулке, тем более что дни стоят благоуханные, летние, и простудиться эти господа почти не рискуют. Лишь вечерами, когда джентльмены пьют по своим клубам портвейн и читают порнографические издания, а обильный обед обращает их мысли к сигарам и фелляции, дом миссис Тремейн становится центром притяжения, и весьма оживленным.

Мы все знаем, что алкоголь зло, что алкого-болезнь и что больной нуждается в помощи профессионалов. Но иногда мы забываем, что тем, кто живет рядом с алкоголиком, помощь требуется не меньше, а то и больше... Об этом не принято говорить вслух. Это предпочитают не обсуждать, замалчивать, отводить глаза. Я хорошо помню, как вздрогнула, будто от пощечины, когда моя сестра произнесла: "Наш отец — алкоголик!" Проблемы с алкоголем у отца начались не вдруг. Вы заметили, как я изящно выразилась: "Проблемы с алкоголем"? На самом деле, очень трудно понять, где наступает та грань, после которой можно сказать: "Этот человек — алкоголик!" Ну выпил лишнего в праздник, с кем не бывает? Ну, вернулся с работы чуть пошатываясь, рассказывая что-то про юбилей главного бухгалтера — так ведь по поводу! Надо сказать, моя решительная и волевая мама попыталась это все пресечь — мне было года четыре, когда наутро после третьего за неделю "юбилея главного бухгалтера" она стала собирать вещи. Папа извинялся, каялся, клялся, что больше не будет, и даже возмущался: "Да я ж не алкаш какой-нибудь, Оленька, я ж могу и не пить вообще!" — "Вообще не надо, — примирительно отвечала мама, — но надо же и меру знать, Витя!" — "Надо, да. Все! Я сказал — все! Больше — ни капли! — категорически заявил он. И, чуть подумав, добавил: — Норма — сто грамм, не больше, как у нас на флоте говорили!"

Каждый выбирает для себя, как жить в гармонии с собой и этим миром. Сложнее, когда пересекаются принципиально разные виды гармоничного существования... Мучительные проблемы самоопределения меня никогда не занимали. То, что я делаю, казалось мне понятным и естественным. Я живу среди людей, обеспечиваю себя всем, что мне нужно, забочусь о семье, и для этого нужно зарабатывать деньги. У меня получалось быть сначала хорошим автором рекламных текстов, потом успешным пиар-менеджером. И я не видела в своем положении ровным счетом ничего неестественного. Более того, моя позиция казалась мне типичной. Я даже не думала, сколько есть на свете людей, которые подходят к жизни с принципиально иных позиций... Но две недавние встречи показали мне, что норма — дело очень индивидуальное. Может, от спецслужб человек скрывается, подумала я, но история оказалась примерно такой. "...Выдумывала я, выдумывала слоган и в "растрепанных" чувствах вышла прогуляться. Смотрю на родной район: ободранные стены, невысыхающие лужи, озабоченные тетеньки с авоськами... Почему я должна всю жизнь в такой обстановке прозябать?! И тут как раз вижу ту самую суперновинку в киоске. Дорогие какие, надо же! Покупаю я эту упаковку блестящую, отправляю в рот первую пластинку... и побежала искать урну. На чем они это жарили? Машинное масло наверняка ароматнее!

Многие наивно считают, что яркая внешность — это чуть ли не главный козырь женщины на пути к успешной карьере и личному счастью. Мой опыт, увы, не подтверждает эту народную истину. Зависть женщин, недвусмысленные намеки мужчин, ярлык: "Красивая — значит, глупая и легкодоступная" — вот те сомнительные "привилегии", которыми я обязана красоте. Хотя, возможно, я просто неправильно распоряжалась ресурсом, подаренным мне природой?
Уже в детском садике я поняла, что отличаюсь от сверстниц. Ребенком я была замкнутым, однако воспитатели всегда выделяли меня среди других детей. Меня любили снимать для детсадовских стендов, а на утренниках мне всегда доставались многословные роли принцесс, тогда как мне хотелось быть снежинкой во втором ряду. "Терпи! Красота требует жертв!" — приговаривала нянечка, сооружая из моих длинных и непослушных волос замысловатые прически. Но если бы мне приходилось терпеть только парикмахерские лет в 13, когда за мной начали ухаживать сразу трое ребят из нашего класса. Выясняя, кто пригласит меня в кино, они подрались, а классная руководительница сделала мне запись в дневник: "Ведет себя распущенно. Отвлекает мальчиков от учебы".

Всем известна история про лягушку, попавшую в крынку с молоком и начавшую активно работать лапками. Вначале она сбила молоко в сливки, потом сливки -в сметану, а уж сметанка - практически сама - превратилась в б<русочек маслица, и наша царевна-сепараторша уперлась лапками в него, прыг - и вот она, свобода! Оказавшись на знакомом листе кувшинки, наша героиня отдышалась, насладилась красотами родной стихии и задумалась: «Какой удивительный опыт я приобрела! Какое чудесное спасение! Как восхитительно вновь оказаться в любимом месте, вернуться к родным пенатам!»
Творчески переосмыслив случившееся, наша умница решила не скрывать полученный опыт и поделиться знаниями с «окружающей действительностью». «Что еще может быть в нашем болоте более ценного, чем знание о том, как пережить кризис, как выбраться из крайне сложной ситуации и обратить ее себе на пользу! Пожалуй, только денежки, которые можно получить, распространяя этот опыт». Сказано, то есть «проквакано», - сделано. И вот уже появилась информация в болотной Сети («Болнет», так называлось это средство общения в тамошних местах, причем «бол» обозначало и «болото», и «болтовня») о том, что известная всем лягушка, чудом избежавшая гибели в невероятно опасной ситуации, готова поделиться особо ценной информацией. И тут же самый модный «Креативный центр болотного развития» организовал мастер-класс для болотистых VIPob с последующей пресс-конференцией.

О ролевых играх, откровенных разговорах и том, как можно провести новогоднюю ночь «с фантазией», рассказывает Зоя Фрейд. Жизненный опыт подсказывает мне, что на любой вопрос мужчины о сексе с его предшественниками надо убедительно врать. И когда в канун Нового года Леша завел разговор о ролевых играх, я дала тот же ответ, что и на вопрос об умении играть на скрипке: «Не знаю, не пробовала». Он как-то сразу оживился и начал вести агитаторские речи, суть которых сводилась к тому, что мы должны это сделать вместе. Глубинный смысл этой пропаганды был мне понятен; у каждой пары наступает момент, когда верхи еще хотят, а низы уже не могут. Какие низы не могут, я догадывалась, поскольку наступление этого момента не прошло для меня незамеченным. Теперь мне предстояло выяснить, чем могут помочь делу верхи. Мы, естественно, открыли бутылку вина, потом вторую, но разговор все не клеился. На помощь пришел опять же мой жизненный опыт. Он напомнил мне, что редкий мужчина умеет говорить об отношениях вообще, а уж тема сексуальных фантазий находится за гранью их вокабулярных возможностей и ничего, кроме мычания, обтекаемых фраз или страшной похабщины мне услышать не грозит. Пришлось направить разговор в нужное русло самой.

Она душила меня. Из последних сил я пыталась оторвать ее широкий терракотовый шарф от своего горла и вывернуться так, чтобы сделать хоть один маленький глоток воздуха. Угадав мой маневр, она легко перехватила концы шарфа руками и затянула их еще сильнее, громко, зазывно засмеялась, предлагая кому-то, кто стоял за ее спиной, насладиться моими последними конвульсиями. Я знала, что проиграла. И знала, что тот, кто стоит за ее спиной и кого она зовет -мой муж! Я хотела крикнуть ему, что он предатель, что его душа будет гореть в аду, но сломанное горло уже не могло издать ни одного крика. Я провалилась в черноту. Боль. Голову стянуло, словно металлическим обручем, а во рту было сухо, как в пустыне. Я слабо пошевелила губами, и тотчас чьи-то руки осторожно приподняли мою голову вместе с подушкой и поднесли к губам стакан с чистой водой. «Пейте осторожно, маленькими глотками, вас может вырвать!». «У-у-у!» - ответила я, в этом было все - согласие, радость, благодарность. Подушку с головой вернули на место. Я закрыла глаза. Открыла. Высокий потолок, огромная бронзовая люстра, на краях плафонов резвятся жирные херувимы. Боль снова ударила в голову, в горло, в грудь, в самое сердце, из глаз брызнули слезы, я перевесилась через край кровати и выпустила содержимое желудка на пушистый белый ковер. Но легче не стало, стало хуже. Я вспомнила! МОЙ МУЖ ИЗМЕНИЛ МНЕ! У НЕГО ДРУГАЯ! ОН ЛЮБИТ ДРУГУЮ! А ночной сон и это все -кровать, головная боль, херувимы -только следствие. Еще одна неудачная попытка убежать от реальности. Я сжалась в клубочек и зарыдала.