Далеко позади споры: нужны они или нет, по какому признаку их создавать, чем им заниматься, как «разойтись» с женскими комиссиями профкомов... Разворачивается повседневная работа. Что в ней получается, а что не складывается, как завоевывается авторитет, как женскому движению стать реальной силой, способной помогать женщине в жизни? Нет, не обрадовалась я, когда два года назад меня избрали председателем районного женсовета. Подумала: работаю (преподаю историю в сельскохозяйственном институте), пишу докторскую диссертацию, дома семья, маленький сынишика... Только транспорт «съедает» в ежедневно три часа времени. Какой из меня председатель? Тут лидеры нужны, яркие личности, способные работать вдохновенно, придать смысл женскому движению, привнести в него дух борьбы. Да и что лукавить — к женсоветам относятся скептически. Даже коллеги на работе, узнав о моем избрании, назвали женсоветы «мертворожденным ребенком». Вот такие были мысли... Но за меня решил случай. С маленьким Гришенькой в коляске я гуляла по 10-й линии Васильевского острова и вдруг остановилась: «В этом доме... находились Бестужевские курсы». Те самые, знаменитые... В прошлом веке на Бестужевских курсах женщины впервые приобщались к самым сложным наукам, а бестужевки вскоре стали играть заметную роль в женском движении России. Не знаю, такое бывает, наверно, не часто в жизни, но я почувствовала тогда, что пришла пора традиции возрождать.
Помнится, это, по сути, было первой «темой» нашего семинара председателей. В Пушкинском районе больше ста женсоветов на предприятиях и по месту жительства. Три часа проговорили: каков круг обязанностей, как строить работу? Ведь в «Положении о женсоветах» только общие задачи, а что делать конкретно? Да и проблем— непочатый край! Смотрю, жалуются председатели — администрация и профкомы считают их «девочками на побегушках», домкомы тоже стараются «прибрать к рукам». Я растерялась: как это преодолеть? Ясно стало: нам надо чаще встречаться, делиться опытом, привлекать специалистов-консультантов, наладить связь с партийными, советскими работниками района. А я, кроме того, занялась... изучением работы женотделов в первые годы советской власти — в любом деле надо знать, что достигнуто до тебя. Ведь ничто не возникает на пустом месте. Нужно уметь переосмысливать прошлое и стараться творчески его использовать.
В нашем районе 60 тысяч населения — женщины, да еще многие приезжают сюда на работу. Каковы их нужды, какая помощь требуется от женсоветов в первую очередь? Главное — не утонуть в проблемах. А чтобы к нам относились всерьез, чтобы привлечь как можно больше союзников, мы решили четко определить направления в своей работе. Составили опросную анкету и разослали ее в первичные организации. Но уж очень казенный это прием. Решили составить социальный паспорт района. Мне вначале эта идея показалась невыполнимой, но Валентина Александровна Лесикова собрала активисток своего микрорайона, обошла с ними более двадцати домов (в каждом 250—300 квартир) и принесла «паспорт» — мы были потрясены. Удивительный она человек: исполненная жизненной мудрости, энергичная, невероятно обаятельная и, знаете, молодая, хотя уже на пенсии. К составлению паспортов приступили и другие председатели. Вот так мы узнали, как живут наши женщины, сколько семей у нас полных и неполных, благополучных и «кризисных», в чем нуждаются престарелые и одинокие люди и т. п. Проанализировав полученные данные, мы поняли, с чем придется столкнуться сегодня, и разработали восемь основных программ: «Труд», «Здоровье», «Семья», «Дети», «Мир», «Досуг и культура», «Кадры». Теперь за выполнение каждой отвечает соответствующая секция в совете.
К названным программам я бы, пожалуй, добавила еще одну— укрепление авторитета женсоветов. Убедили меня в ее необходимости несколько встреч с заведующим отделом по учету и распределению жилой площади Пушкинского райисполкома Ю. А. Юдиным. В нашем районе, как, наверное, и везде, есть одинокие, пожилые люди или супруги-пенсионеры, занимающие двух-, а то и трехкомнатные квартиры. Многие согласны переехать в меньшие, помоги им в этом исполком. Обратились мы туда, но сразу получили «отлуп»: «Пусть меняются сами». И не волнует исполкомовцев, что рядом будут маяться годами большие семьи в крошечных квартирах. Разве не справедливым было бы при таком остром дефиците с согласия, конечно, людей провести перераспределение жилья? Убежденная. в своей правоте, я пришла к Ю. А. Юдину на прием, но он быстро остудил мой пыл: «Идея хорошая, но кто этим будет заниматься? Сотрудников мало, фонд однокомнатных квартир невелик. А депутатской комиссии хватает разбора жалоб и тяжб между соседями». Вот уж поистине: кто хочет работать — действует, кто не хочет — ищет причины. Думаю, если бы Ю. А. Юдину такой «совет» поступил сверху, реакция была бы иной. Но я все-таки этот вопрос не считаю закрытым... Нам не обойтись без повседневных контактов с местными советами, без них не реализовать нам свои программы. Ведь складываются-то они из незаметных, маленьких дел. И от того, как мы их выполняем, зависит наш авторитет у женщин. Но вот какая незавидная история приключилась у нас в Павловске. Женсовет седьмого микрорайона составил картотеку проживающих здесь многодетных семей. Председатель А. В. Успенская стала хлопотать в местном совете о прикреплении их к продовольственному магазину поближе к дому. Но там отказали, сославшись, что списки нуждающихся уже составлены. Власти были неумолимы. Почему, недоумевал женсовет? И потребовал показать описки. И тут-то выяснилось, что в них угнездилось немало фиктивных, невесть откуда азявшихся «многодетных мамаш». Возмутившись, направилась А. В. Успенская на прием к префекту. И только тогда исполком народных депутатов сдался.
Конфликтная ситуация? Конечно. Но зато в исполкоме нас теперь хорошо знают как защитников интересов женщин. Не сомневаюсь, что со временем у районного женсовета наладится хорошее деловое взаимодействие с местной властью. Мне иногда кажется, что главная наша трудность— это не сами женские проблемы, хотя их непочатый край, а отношение к ним в обществе. Равнодушное, инертное: «А-а, вот опять они надоедают...» Да, пока что бойцовские качества у женсоветов должны быть на первом месте. Убеждать, действовать, где и напором, но действовать, обращаясь не только к «конторе», но и к конкретному человеку. И в трудовых коллективах нужно поворачивать сознание руководителей. Ведь они считают женсоветы чуть ли не самодеятельностью: такое представление о нас складывалось десятилетиями. Когда видишь, что подобных начальников не один и не два, на душе становится тревожно. Не знаю, как обстоят дела в других местах, но в нашем районе выборы в советы трудовых коллективов показали: «расстановка сил» явно не в пользу женсоветов. В зональном вычислительном центре председатель женсовета В. А. Шкалико.ва, выступая на собрании, убеждала, доказывала, что в совет трудового коллектива обязательно нужно включить представителей женсовета, который разработает особую программу и будет представлять и защищать интересы женщин. Ее выслушали и... промолчали. Точно так же «действовало» собрание на авто предприятии, но потом сдалось. Анализируя такое положение, я хорошо понимаю, что дело тут не только в личных качествах отдельных руководителей. Все гораздо сложнее и... тревожнее. Мы привыкли, что наши женщины, как «тягловые лошади»,— простите меня за грубость — везут на себе все, и это уже давно стало нормой. Именно поэтому женсовету в ответ на пламенные речи и даже «крики» о помощи— равнодушное молчание большинства! Вот с чем нам предстоит бороться и что победить. Когда женщина выходит за проходную фабрики или завода, заканчивает свой рабочий день в школе, ателье, больнице и становится просто матерью, женой, хозяйкой дома, ей приходится сталкиваться с неразрешимыми проблемами. Бывает, что женсовет— ее единственный друг и советчик, способный помочь в сложной жизненной ситуации.
Даже трудно сейчас представить, как могла бы сложиться судьба юной Карине, не вступись за нее женсовет первого микрорайона и председатель домкома И. Л. Валяев. Через четыре месяца после рождения близнецов Жоры и Гриши муж Карине, устав от отцовства, решил оставить семью, вернее, попросил жену с малышами «освободить занимаемую площадь». Куда уходить? Да хоть на улицу! Свекровь же перестала пускать к убитой горем молодой матери, оставшейся без средств, подруг, соседок, всех, кто хотел помочь. Жизнь стала невыносимой. Узнав об этой истории, в судьбу молодой женщины вмешались председатель женсовета В. А. Лесикова и ее помощницы. На совете решили ходатайствовать о предоставлении Карине с детьми отдельной квартиры, поручив официальные хлопоты И. Л. Валяеву. А сами установили в маленькой комнатке дежурство: ходили за продуктами, купали мальчишек, выносили их на прогулки. А вскоре — и тут снова вмешалась первый секретарь райкома партии В. В. Смирнова— помогли всем троим переехать в новую двухкомнатную квартиру. Горе и счастье пережила Карине. Но и те, кто вызволил ее из беды, почувствовали, что человечность и сострадание сильнее зла.
...Я все время говорю о союзниках, о тех, кто помогает нам прежде всего по долгу совести. Но в наших отношениях есть еще и что-то сокровенное, объединяющее усилия,— потребность делать добро. И не важно, кто они, наши друзья— люди при должностях или простые рабочие, служащие, пенсионеры. Их становится все больше, и мы в этом убеждаемся. В поселке Новая Деревня общественницы взялись помогать пожилым, инвалидам. Привозили картошку, солили капусту, ходили в аптеку, вызывали на дом врача, запасали дрова на зиму... Одним словом, заботились как могли. Когда случилась в Армении трагедия, пришли эти старушки к председателю женсовета А. В. Зражевской: «Возьми, милая, деньги, отнеси на почту, а то мы не дойдем»,— и протянули свои кровные десятки и четвертные, солидную долю месячной пенсии. Мне рассказали, что руководитель одного предприятия в конце каждой недели звонит в школу и узнает, как учатся дети заводчан. И если у кого-то появляется сбой, разрешает родителям денек-другой побыть с ребенком дома. Конечно, с последующей отработкой. В объединении жилищного хозяйства Пушкинского района женсовет предложил фотографировать передовиков... в окружении семьи. О детях на работе у мам и пап помнят.
Известную истину, что болезнь легче предупредить, чем лечить, можно отнести и к трудным детям. Мы для себя решили, что наша организация должна в этом вопросе действовать по типу «групп быстрого реагирования». В первом микрорайоне женсовет подоспел на помощь подросткам вовремя: вместе с родителями, педагогами, милицией удалось уберечь ребят от непоправимых поступков. Сейчас шесть из десяти детей сняты с учета в милиции. Но так получается не всегда. Иная детская душа мается и бьется в безысходности: дома пьянки, драки, скандалы. «Помогите мне уйти в детский дом,— умоляла нас девочка,— иначе...» Однако обойти бюрократические рогатки не так-то просто. Пока же у этой девочки одна отдушина — общение со старшим другом, нашей активисткой, открывшей ребенку сердце и двери своего дома. Называть по именам их, естественно, я не буду. Но сколько еще таких страдающих душ!
А как живется детям-сиротам? Пусть спросят в женсовете у Л. Е. Панковой. Побывав, в детском доме № 29, женщины не могут уже оставить ребят, часто приходят сюда, моют, убирают, берут детей в семьи, вместе проводят праздники, Сотрудники ВНИИ защиты растений собрали для детдомовцев библиотеку, привезли песок и торф для цветов.
Не так давно воспитанники 29-го детского дома пригласили членов районного женсовета к себе на праздник. Высыпали во двор встречать: «Гости, гости, гости пришли!» Но в глазах у трех-пятилетних хозяев не было беспечности и счастья. Это были глаза сирот... Какой концерт они нам устроили! Стихи читали, пели песни. А потом танцевали, пили вместе чай, И радовались подаркам. С нами пришло почти все партийное руководство района, благо и тут много женщин. После праздника долго говорили с директором детского дома Т, А. Устиновой о наболевшем. Ее категорическое мнение: нельзя детей разъединять после 6 лет, отдавать их в интернаты. как сейчас положено. Пусть живут до совершеннолетия все вместе. Но как трудно изменить кем-то когда-то установленный порядок. У себя на работе, в сельскохозяйственном институте, я рассказала обо всем студентам. В ответ— удивление, озабоченность, сочувствие. Один заметил: «С нами никто не говорил никогда на такие темы». Да, подумала я, и здесь есть работа для женсовета. Тонкая, деликатная и такая важная и нужная. А что, если создать клуб молодой семьи? Ведь все эти юноши и девушки станут мамами и папами. Уже сейчас в студенческих семьях растет 400 детишек. Сегодня клуб уже работает. Молодежь волнуют вопросы психологии семьи. бюджет, правовые, медицинские аспекты брака, воспитание детей, разрешение конфликтов. И укрепляется убеждение: дети — самая большая ценность, счастье, фундамент семьи. Родилась в нашем женсовете еще одна прекрасная идея — создать детские садики на кооперативных началах. Потребность в них большая. Можно, к примеру, объединить усилия мам, находящихся в декретном отпуске или в отпуске по уходу за ребенком, женщин-пенсионерок. Мы искали заинтересованных людей, дважды писали об этом в газете, пытались действовать через председателей первичных женсоветов по месту жительства— пока серьезных предложений нет. Почему? Скорее всего оттого, что нет социальных гарантий тем, кто возьмется за это дело. Роно и райком нас поддерживают. Тем, у кого есть педагогическое образование, можно бы засчитывать это в производственный стаж, а остальным? Как быть с оплатой, решением конфликтных ситуаций? В общем, появилось много вопросов, на которые ответов еще нет. Слышала, что где-то что-то делают, но что конкретно? Как узнать? Нужны ли женсоветы? Странно, но вопрос этот до сих пор задают. Спроси меня то же самое два года назад, наверное, я бы задумалась тоже. Сейчас же считаю, что без таких женских организаций мы пропадем. Женские проблемы — перегруженность работой, дефицит времени для семьи, воспитание детей, большие бытовые нагрузки, жилье... Я сталкивалась с этим и прежде, но став председателем женсовета, окунувшись в этот мир, увидела, что тут проблемы общегосударственного масштаба. Открылось, обнажилось женское бесправие, поселилась в сердце боль, нарастает протест: так быть не должно. Как случилось, что наше историческое наследие — опыт женотделов, существовавших с 1919 года, предан забвению? А ведь они вели среди работниц и крестьянок огромную агитационно-пропагандистскую работу, проводили конференции, съезды, издавали книги, оказывали практическую помощь женщинам. Мне кажется, что очень многие наши сегодняшние беды и перекосы происходят оттого, что мы «забыли» об этом предупреждении. Мы справедливо возмущаемся ростом сиротства, клеймим матерей-кукушек. И верно, во многих случаях, даже в большинстве,— им нет оправдания. Но давайте признаемся честно: разве у этого явления нет корней? Одним порицанием тут ничего не решить. Очевидно, что идет отчуждение женщины от семьи, и эта тенденция заметна. Значит, пора бить тревогу.
Я считаю, что возрождение женсоветов продиктовано жизненной необходимостью. И меня не смущает, что они создавались по указанию сверху. Нам же надо делать все, чтобы эти общественные организации стали полезными людям, нужными как воздух.
Конечно, большие надежды у нас на депутатов от женсоветов. Хотелось бы, чтобы они смело и во весь голос говорили о женских проблемах и чтобы голос их был слышен. Но все же этого мало. Даже наш небольшой опыт показывает, что сразу повернуть большую государственную машину к нуждам женщин невозможно. И у женсоветов нет таких рычагов воздействия. Пожалуй, не менее важно — и я убеждаюсь в этом каждый день — сформировать женсоветовский актив. Это должны быть люди с высокими нравственными качествами: честные, порядочные, отзывчивые, добросовестные. Не скрою, первый состав подбирался формально, и само собой получилось, что две трети из него уже отсеялись: общественная работа требует громадных усилий, и не всякий, даже очень хороший человек, к ним готов. Но мы ищем и находим творческих, преданных делу женщин. Я поделилась с вами заботами нашего районного женсовета, рассказала, что нам удается, а где и руки опускаются. Может быть, что-то покажется вам полезным из нашего опыта, а что-то и вы подскажете нам.